fafafe42

Вале Пер & Шевалл Май - Смеющийся Полицейский



Пер Валё, Май Шёвалль
СМЕЮЩИЙСЯ ПОЛИЦЕЙСКИЙ
Время действия - 1967 г.
Перевод: Н. Косенко, Г. Чемеринский
I
Тринадцатого ноября вечером в Стокгольме шел дождь. Мартин Бек и
Колльберг играли в шахматы в квартире Колльберга недалеко от станции метро
Шермарбринк. Оба были свободны, потому что последние несколько дней
практически ничего не происходило.
Мартин Бек играл скверно, но ему все же каким-то образом удавалось
оказывать сопротивление Колльбергу. У Колльберга была дочка, которой
недавно исполнилось два месяца, и в тот вечер ему пришлось исполнять роль
няньки, а Мартин Бек не испытывал особого желания возвращаться домой и
всячески оттягивал тот момент, когда придется это сделать. Погода была
отвратительная. Проливной дождь барабанил по крышам и окнам, улицы почти
опустели, на них появлялись лишь одинокие прохожие, у которых, очевидно,
были серьезные причины, чтобы выходить в такую погоду.
У посольства США на Страндвеген и ведущих к нему соседних улицах
четыреста полицейских сражались с демонстрантами, которых было раза в два
больше. Полицейские были вооружены гранатами со слезоточивым газом,
пистолетами, резиновыми дубинками, автомобилями, мотоциклами,
коротковолновыми радиостанциями, мегафонами, шли с овчарками и ехали на
лошадях. Демонстранты были вооружены петицией и бумажными плакатами,
расползающимися под проливным дождем. Вряд ли их можно было считать
монолитной группой, поскольку здесь были разные люди, от тринадцатилетних
школьниц в джинсах и шерстяных полупальто с капюшонами и весьма серьезных
студентов до провокаторов, профессиональных хулиганов и даже
восьмидесятипятилетней актрисы в беретике и под голубым зонтиком. Какой-то
сильный импульс заставил их противостоять ливню и всему остальному, что
могло произойти.
Полицейские, в свою очередь, тоже не представляли собою элиты. Их
согнали сюда из всех полицейских участков города. Однако тем, у кого был
знакомый врач и кто сумел каким-то другим образом выкрутиться, удалось
избежать этой неприятной командировки. Остались лишь те, кто знал, что они
делают, и одобрял это, - на полицейском жаргоне их называли петухами, и те,
которые были слишком молодыми и неопытными, чтобы решиться не участвовать в
происходящем, и которые, кроме того, не имели ни малейшего понятия, в чем
они, собственно, участвуют, а уж тем более, зачем они это делают. Лошади
становились на дыбы и грызли удила, полицейские нервно ощупывали кобуры
пистолетов и размахивали дубинками. Маленькая девочка несла плакат "Исполни
свой долг! Собери побольше полицейских!" Трое патрульных, каждый весом
восемьдесят пять килограммов, набросились на нее, разорвали плакат и
затащили ее в автомобиль, где выкрутили ей руки н лапали ее за груди. В
этот день ей как раз исполнилось тринадцать лет, и груди у нее еще не
успели развиться.
Всего задержали больше пятидесяти человек. Многие были ранены, в
крови. Некоторые оказались так называемыми важными персонами, и можно было
ожидать, что они напишут об этом в газетах или станут болтать по радио и
телевидению. Дежурные офицеры полицейского участка с трепетом смотрели на
этих важных персон, заискивающе улыбались им и с извинительными поклонами
провожали до дверей. Всем остальным предстоял не слишком приятный допрос.
Дело было в том, что одного из конных полицейских ударили по голове
бутылкой, а ведь ее кто-то должен был бросить.
Операцией руководил офицер полиции в высоком чине, с военным
образованием. Его считали экспертом в делах по по



Назад