fafafe42

Вале Пер & Шевалл Май - Негодяй Из Сефлё



Пер Валё, Май Шеваль
Негодяй из Сефлё
I
Как только пробило полночь, он перестал размышлять. До полуночи он что-то
писал, теперь шариковая ручка лежала перед ним на газете, параллельно крайней
правой вертикали кроссворда. Он сидел на шатком деревянном стуле за низким
столом в убогой чердачной каморке, сидел прямо и совсем неподвижно. Над его
головой висел бледно-желтый абажур с длинной бахромой. Ткань выцвела от
старости, лампочка светила тускло и неровно.
В доме было тихо, но тишина была неполной, ибо под его крышей дышали три
человека, да и снаружи доносился какой-то непонятный звук, прерывистый, едва
слышный. То ли рокот машин на дальних дорогах, то ли гул моря. Звук исходил от
миллиона людей. От большого города, забывшегося тревожным сном.
Человек был одет в бежевую лыжную куртку и серые лыжные брюки, черную
водолазку машинной вязки и коричневые лыжные ботинки. У него были длинные, но
ухоженные усы, чуть светлее, чем гладкие, зачесанные назад волосы с косым
пробором. Лицо было узкое, профиль чистый, черты тонкие, под застывшей маской
гневного обвинения и непоколебимого упрямства пряталось выражение почти
детское - мягкое, неуверенное, просительное и немного себе на уме.
Взгляд светло-голубых глаз казался твердым, но пустым.
В общем, человек этот походил на маленького мальчика, который внезапно
стал глубоким стариком.
Битый час он сидел неподвижно, положив руки на колени и устремив невидящий
взгляд в одну точку на вылинявших цветастых обоях.
Затем он встал, пересек комнату, открыл дверцу шкафа, запустил туда левую
руку и снял что-то с полочки для шляп. Длинный предмет, завернутый в белое
кухонное полотенце с красной каймой.
Это был штык от карабина.
Человек взял штык и, прежде чем спрятать в ножны, отливающие голубизной
стали, бережно отер желтую солярку.
Хотя человек был высокого роста и довольно плотный, он все делал легко и
проворно, быстрыми, рассчитанными движениями, и руки у него казались такими же
твердыми, как и взгляд.
Он расстегнул ремень и продернул его через кожаную петлю ножен. Затем он
застегнул молнию на куртке, надел перчатки, твидовую кепку и вышел из дома.
Ступеньки застонали под его тяжестью, но самих шагов не было слышно.
Дом был маленький, дряхлый и стоял на вершине холма, над шоссе. Ночь
выдалась прохладная, звездная.
Человек в твидовой кепке обогнул дом и с уверенностью лунатика вышел на
подъездную дорогу.
Он открыл левую переднюю дверцу своего черного "фольксвагена", сел за руль
и поправил штык, прижатый к правому бедру.
Включил зажигание, дальний свет, задним ходом вывел машину на шоссе и
поехал к северу.
Маленькая черная машина неслась сквозь ночь уверенно и неумолимо - так
небесное тело в состоянии невесомости рассекает мировое пространство. Вдоль
дороги плотной стеной шли строения, и город, накрытый световым колпаком,
мчался навстречу, большой, холодный и пустынный город, в котором не осталось
ничего, кроме голых резких граней из металла, стекла, бетона.
Даже в центральных районах города не было об эту пору ни людей, ни
движения. Все замерло, если не считать нескольких ночных такси, двух карет
"скорой помощи" да полицейской машины, окрашенной в черный цвет, с белыми
крыльями. Машина быстро пронеслась мимо с характерным воющим звуком.
На светофорах красный свет сменялся желтым, желтый зеленым, зеленый
желтым, желтый красным - с никому не нужной механической монотонностью.
Черный "фольксваген" строго соблюдал правила движения, ни разу не превысил
скорост



Назад